А я сниму собственную Одиссею! С блэкджеком и женщинами легкого поведения.
(С) Нолан Гений

***

Школа. Звонок на урок. Учительница громким голосом напоминает затихшим ученикам, что сегодня будет проверочная работа по поэме Гомера «Одиссея». Каждому из учеников достается один персонаж поэмы. Персонажа нужно описать, дать характеристику и раскрыть в контексте событий произведения. Звенит звонок с урока, ученики сдают работы и бегут в коридор играть в сифу.

На следующий день урок начинается с оглашения оценок за работу. Преподаватель продвигается по списку в алфавитном порядке. Кто-то доволен, кто-то не очень. Очередь доходит до мальчика в бардовом свитере, который увлечен рисованием в тетрадке комикса про то, как астронавта засасывает в черную дыру, и он оказывается по ту сторону шифоньера. Чтобы выбраться ему нужно съесть всю манную кашу с комочками в этом карманном измерении, либо сообщить слово «вечность» двоичным кодом, постукивая по форзацам книжек. «Нолан!» … Мальчик возвращается в реальность лишь после того, как его в пятый раз бьёт учебником по голове сидящий за ним ученик.

- А! Это не я сделал! Так уже было!

- Вернись, пожалуйста, из своего лимба, Кристофер! Тебе два! Тебе было дано задание описать персонаж Антиноя. И я вижу, что ты не читал поэму Гомера.

- Но я читал! Правда!

- Не ври мне! После уроков придешь и будешь писать работу на другую тему. Я изменю задание.

После уроков Кристофер потратил еще немного времени, увлеченно выводя ручкой буквы на своем листе. Ознакомившись с результатом труда ученика Мисс Cтивенс обреченно выдохнула и постаралась задать вопрос как можно спокойнее, не выдавая эмоций:

- Кристофер, почему в числе женихов, претендующих на руку Пенелопы ты указал Полибия – отца Евримаха, если в поэме он даже не появляется? И почему он одного возраста с Евримахом?

- Я решил сэкономить время, Мисс Стивенс.

- Описывая персонажа, которого в поэме нет?!

- Все верно!

- Почему он чернокожий?!

- Разве это имеет какое-то значение?

- Хорошо. Последний вопрос на три и можешь уходить. Из-за чего началась троянская война, на которую отправился Одиссей?

- Это просто. Троянский царевич Парис похитил Елену Прекрасную – жену спартанского царя Менелая, – тем самым нарушив священный закон гостеприимства. Она тоже была чернокожей.

- Три. Стоп! Что? … зачем ты вообще акцентировал мое внимание на цвете кожи Елены?

- Я так вижу и посчитал нужным поделиться с вами нюансами моего видения.

Мне надо поговорить с твоими родителями.

***

Раз уж у нас тут экранизация, то почему бы не вспомнить предыдущий фильм режиссера, который также является экранизацией. «Оппенгеймер» мне не понравился. Отчасти потому, что это скучное кино, отчасти потому, что я получил от фильма совсем не то, чего ожидал. Вместо акцента на человеке науки, который к финалу фильма сформировал бы у меня как зрителя образ величия ученного, я получил историю внутренних противоречий, ментальной уязвимости и блужданий от любви до эмоциональной бестактности. К сожалению, во всем этом не было гармонии, в результате чего Оппенгеймер-ученный ушел на задний план. Может автор так задумывал, может дело в литературном первоисточнике, а может в моих ожиданиях. Так или иначе я отношусь к «Оппенгеймеру» не как к безапелляционно плохому кино, а как к фильму не для меня. Биографию Оппенгеймера я не читал, так что не могу оценить соответствие первоисточника и видения режиссера, однако я читал Гомера и сравнить первоисточник (в переводе, разумеется) с авторским видением Нолана на себя смелость все же возьму.

И ведь есть с чем сравнить. Я не буду сейчас про недавнее «Возвращение Одиссея» от итальянских киноделов, поскольку фильм бесконечно далек от эпика, от мифа, от самой Одиссеи. Но я скажу про двухсерийный ТВ-фильм Кончаловского. Если рассматривать фильм Кончаловского в сравнении с поэмой, то это достаточно приличный пересказ, где сохранена логика произведения, показаны основные точки путешествия, где развернуто показан характер Одиссея, повествование сконцентрировано на персонаже (при том, что про остальных автор тоже не забыл), что полностью оправдывает название фильма. Повторюсь, это приличный пересказ, реализация которого уперлась в очевидные границы ТВ-формата и возможности инструментария, имеющиеся на тот момент в распоряжении команды создателей.

Если фильм Кончаловского был не о неудаче Одиссеи, а об испытаниях и трагедии самого Одиссея, то фильм Нолана – яркий пример современного коммерческого кино, в котором есть сочная цифровая картинка, технологичность которой убивает визуальный язык общения со зрителем. В котором большинство персонажей практически начисто лишены глубины и внутренней энергии, в котором трагедия и нерв ощущаются не на уровне чувств, а лишь подаются как сигналы в виде искусственных слез и громких криков, за которыми нет той силы, которая способна пробиться сквозь экран и дойти до зрителя. Вместо хитрого Одиссея, способного победить врага умом, коварством, зритель получает Одиссея сообразительного, что куда тривиальнее и совсем не в духе Гомера. Вместо любимца богов, который ни раз вступает с ними в беседы, ведет себя надменно, уверенно, гордо, зритель получает командира, начисто лишенного внутренней энергии, стремления. Арманд Ассанте воплотил образ харизматичного лидера, за которым войско пойдет и в огонь, и в воду, в то время как Деймон воплотил разве что того самого война, но отнюдь не харизматика. Мне не понятно, как Нолан – человек, способный, по моему убеждению, заполучить практически любого актера, – выбрал на эту роль такого простого, пресного актера. Фильм Нолана – не то, что плохой пересказ, а плохое сочинение на тему: «Как бы я написал «Одиссею», будь я Гомером».

Беседа Калипсо и Одиссея предстает перед зрителем не как диалог между страстно влюбленной полубогиней и измученным временем и тоской царем Итаки, воином, отцом и мужем. Нолан показывает лишенную чувств и эмоций беседу в рамках сто первого, кажется, сеанса у психотерапевта, в котором пациенту в мягком кресле уже ничего не нужно, а психолог по какой-то причине пытается вывести его на ключевые воспоминания о каких-то событиях. Да, Нолан отказался от линейности повествования. Да, такой прием не раз доказывал свою полезность и красоту, но он лишь смещает фокус с Одиссея, на его сына, который выступает собирателем историй о похождениях отца. Но начинается фильм все же с коня. Небольшому отряду троянцев впаривает деревянного коня, наполовину утопающего в воде, Синон. Ну как «впраивает», пара ответов на поставленные вопросы:

ТРОЯНЕЦ В ДОСПЕХАХ:
Что это?

СИНОН:
Дар для Афины!

ДРУГОЙ ТРОЯНЕЦ В ДОСПЕХАХ:
У нас одни боги. Спасите дар от волн, установите его рядом с храмом Афины. Война окончена.

Сцена окончена. Что же, это уже не по Гомеру, поскольку в Одиссее не было этого персонажа. Он появился в античной литературе после Гомера. Я уже не говорю о том, что сцена и без оглядки на первоисточник выглядит по-идиотски. Нолан собирал свою «Одиссею» из нескольких источников. Там и Квинт Смирский, и Виргилий, и Эсхил, и «Элиада» того же Гомера, а еще, как минимум половину, кажется, выдумал сам. Так вот, Нолан лишил персонаж хитрого Синона всей роли в операции с конем просто потому, что сами Троянцы в преступно сжатой форме передали все то, что должен был говорить Синон. Одиссей позже встречает Синона из Аида через ритуал на краю Света. Эта сцена у Нолана есть. Проблема в том, что в античных источниках нет указаний на то, что Синон погиб. Нолан похоронил весь драматизм встречи с покойным Агамемноном (который даже после смерти является Одиссею в идиотском шлеме), но главное не показал самую важную с точки зрения трагизма момента встречу с его матерью Антиклеей, умершей от тоски. А еще Синон, оказывается, не славный воин, а сын пастуха, который согласился занять место Антиноя в рядах армии за деньги. Нолан устроил какой-то цирк со жребием, который тянули дети, которые в свою очередь в принципе не могли попасть в армию по причине слишком юного возраста. Нолан выпилил из повествования Гермеса, который дважды сыграл ключевую роль в том, что Одиссей продолжил свое путешествие. В фильме нет Афины. Зендея играет образ убитой на глазах Одиссея жрицы, которая становится проекцией его психоэмоциональных переживаний. Примечательно то, что, выбросив из повествования богов с целью деконструкции мифа, он не забыл оставить Сциллу, Харибду, Полифема, а также – внимание! – его обращение к своему отцу Посейдону! Циклоп у него какой-то мутант с перевёрнутыми носом и глазом. Видимо, у гения и циклоп должен быть предельно авторским.

Спасибо, конечно, за эпизод на острове лестригонов, только есть пара проблем. Во-первых, пусть этот эпизод и не удостоился развернутого описания в поэме Гомера, имеющегося скудного описания вполне достаточно, чтобы придать ему должное кинематографическое воплощение. Нолан выдумал этот эпизод целиков. Остались только лестригоны, да какие! И это второе. Все как один закованы в латные доспехи железного века! Нолану там некому было объяснить, что разница между доспехами воинов Одиссея и лестригонов по времени весьма существенна? Ну хоть без огнестрела обошелся.

Не без удивления узнал из интервью Нолана, что он всерьез сравнивает Одиссея с Оппенгеймером в контексте разрушительных последствий их «гениальных изобретений и пожирающего чувства вины». Что?! А можно ткнуть пальцем, где именно Одиссей страдал от ПТСР за победу над Троей? А ничего, что для древнегреческой морали обман врага на войне считался доблестью, мудой хитростью, в то время как победа — высшей наградой богов?!

Теперь о цвете все же. Было бы неверно утверждать, что в художественном мире Гомера отсутствуют чернокожие (не смуглокожие) люди. Все дело в том, что Минелай в одной из сцен обращается к собравшимся со словами о том, что он бывал и в Эфиопии. Но это не придает адекватности решению режиссера сделать чернокожей Елену. Можно справедливо заметить, что само происхождение Елены мифологизировано (в конце концов, она вылупилась из яйца), но мать Елены была все же белокожей, а Зевс не мог снизойти к ней для соития в образе Джорджа Вашингтона Карвера просто потому, что у Нолана концепция мира просто не подразумевает богов во плоти. Но знаете зачем режиссер, по словам Нолана и Лупиты, сделал Елену чернокожей?! «Фильм «Одиссея» — это мифологический эпос, а не строго историческая хроника. Каст фильма отражает современный мир, в котором мы живем». А еще я в голос засмеялся, когда воин с лицом Химеша Пателя обратился к жителю посещенной армией Одиссея земли со словами «Мы греки. Из Итаки».

Это, пожалуй, по верхам. Писать все претензии к фильму – верный путь стереть пальцы. Визуально «Одиссея» должна была бы быть чем-то средним между «Троей» и «Битвой титанов, а зритель получил античного Оппенгеймера, причем еще и по настроению. Это необычайно скучное, темное, блеклое кино, снятое по мотивам античной литературы и фантазии Нолана, которую автор проявил совсем не в тех местах, в которых должен был.

В заключение приведу цитату Нолана из интервью программе 60 Minutes на CBS:
“I feel a real responsibility to try and get as much on screen for the audience as possible to give the audience the fullest flavor, the fullest set of images and events that we can give them for a given story.”

Отредактировано altauistas (2026-07-30 23:05:53)